Неточные совпадения
Купец вручил приказчику небольшую пачку бумаги, поклонился, тряхнул головой, взял свою шляпу двумя пальчиками, передернул плечами, придал своему стану волнообразное движение и вышел, прилично поскрипывая сапожками. Николай Еремеич подошел к
стене и, сколько я мог заметить, начал
разбирать бумаги, врученные купцом. Из двери высунулась рыжая голова с густыми бакенбардами.
— Яков покашлял, крякнул и продолжал: —
Стену в сарае
разобрали?
По
стенам висело в тусклых золоченых рамах несколько масляных картин, темных, закоптелых и на которых очень трудно было что-нибудь
разобрать.
И жжет и рвет у Алексея сердце. Злоба его
разбирает, не на Карпушку, на сестру. Не жаль ему сестры, самого себя жаль… «Бог даст, в люди выду, — думает он, — вздумаю жену из хорошего дома брать, а тут скажут — сестра у него гулящая!.. Срам, позор!.. Сбыть бы куда ее, запереть бы в четырех
стенах!..»
В одном доме он приказал
разобрать капитальную
стену для доставления больному надлежащего количества воздуха.
Казаки за шиворот растаскивали толпу и, так сказать,
разбирали снаружи эту народную
стену.
Один англичанин решил
разобрать у себя в саду кирпичную
стену, остаток прежней оранжереи. Сын его просил сделать это непременно при нем. Отец дал ему слово. Но, когда пришли рабочие, он забыл про свое обещание, и
стену разобрали в отсутствие сына. Сын напомнил отцу про данное ему слово. Тогда отец велел опять сложить
стену и
разобрать ее в присутствии сына. Отцу говорили...
— Я не могу так, — сказал я. — Ты — вот — здесь, рядом, и будто все-таки за древней непрозрачной
стеной: я слышу сквозь
стены шорохи, голоса — и не могу
разобрать слов, не знаю, что там. Я не могу так. Ты все время что-то недоговариваешь, ты ни разу не сказала мне, куда я тогда попал в Древнем Доме, и какие коридоры, и почему доктор — или, может быть, ничего этого не было?
В каюте Геза стоял портрет неизвестной девушки. Участники оргии собрались в полном составе. Я плыл на корабле с темной историей и подозрительным капитаном, ожидая должных случиться событий, ради цели неясной и начинающей оборачиваться голосом чувства, так же странного при этих обстоятельствах, как ревнивое желание
разобрать, о чем шепчутся за
стеной.
Смолили ванты [Ванты — веревочная лестница, идущая от бортов к марсам и от марсов выше, до верхушки мачты.],
разбирали бухты [Бухта — длинный конец веревки, сложенной в несколько рядов.] веревок, а двое маляров, подвешенные на беседках [Беседка — маленькая скамеечка вроде тех, на которых красят
стены городских домов.], красили толстую горластую дымовую трубу.
Место для этой постройки было выбрано князем в довольно значительном отдалении от старого сгоревшего дома,
стены которого он не велел
разбирать до личного его распоряжения.
Около кабака народ стоял
стеной; звуки гармоники и треньканье балалаек перемешивались с пьяным говором, топотом отчаянной пляски и дикой пьяной песней, в которой ничего не
разберешь.
Из окрошки вестей, которыми обдали Ивана, мог он только
разобрать, что обезьяна герцога курляндского, вероятно сорвавшись с цепочки, пробралась в сад его превосходительства, завязла было в сугробе, но, услыхав погоню дворовых собак, проворно влезла на
стену соседнего дома и виснет теперь на ней, как кошка.
Едва можно было
разобрать в них: «Matheas», «Марфа, посадница Великого Новгорода», «Будь проклят!», «Liebe Mutter, liebe A…» [Дорогая мать, дорогая А… (нем.)] и еще, еще какие-то слова, разорванные струями, которые текли по
стене, или стертые негодованием и невежеством сторожей.
Буланин лежал, чутко прислушиваясь, но ничего не мог
разобрать, кроме дыхания спящих соседей и частых, сильных ударов своего сердца. Минутами ему казалось, что где-то недалеко слышатся медленные крадущиеся шаги босых ног. Тогда он задерживал дыхание и напрягал слух. От волнения ему начинало представляться, что на самом деле и слева, и справа, и из-за
стен крадутся эти осторожные босые ноги, а сердце еще громче, еще тревожнее стучало в его груди.
Разбирали каменные монастырские
стены, и кирпич свозили на плотах по Яровой к Калмыцкому броду.
Каркунов. Да вижу, как не видать, чудак, вижу. Старайся, старайся. Забыт не будешь. А племянник, кум, слов-то я, слов не подберу, как нахвалиться. Я за ним как за каменной
стеной! Как он дядю бережет! Приедет с дядей в трактир, сам прежде дяди пьян напьется! Золотой парень, золотой! Едем ночью домой, кто кого везет — неизвестно, кто кого держит-не
разберешь. Обнявшись едем всю дорогу, пока нас у крыльца дворники не снимут с дрожек.
— Что, дочка? — отвечал Харлов и пододвинулся к самому краю
стены. На лице его, сколько я мог
разобрать, появилась странная усмешка, — светлая, веселая, — и именно потому особенно страшная, недобрая усмешка… Много лет спустя я видел такую же точно усмешку на лице одного к смерти приговоренного.
Я видал, как они все эти обрывки нитей терпеливо
разбирали, связывали их кусочек с кусочком, наматывали образовывающуюся таким образом пеструю, разноцветную нить на длинные шпули; потом их трастили, ссучивали еще толще, растягивали на колышках по
стене, сортировали что-нибудь одноцветное для каем и, наконец, ткали из этих «поплевок» через особое бердо «поплевковые одеяла».
Прежде всего мне бросилось в глаза на
стене большое пятно, продолговатое, точно написанная строчка. Подойдя ближе, я увидел, что это была действительно надпись, глубоко врезанная гвоздем в
стену и после тщательно сцарапанная скребком. Очевидно, это была фамилия моего предшественника, прежнего жильца этой камеры. Казалось,
разобрать ее было совершенно невозможно. Я подумал, что мне может разрешить этот вопрос мой сторож, и потому, тотчас после поверки, постучал в дверку.
Наше, сударь, доложу вам, мастерство такое, что и конца ему нет: крыши, да заборы, да
стены красить — особ статья; а, например, полы под паркет выводить или там дверь и косяки под слоновую кость отделать, — это выходит вторая статья; экипажная часть тоже по себе, мебельное дело другого требует, а комнатная живопись настоящая опять другое, а названье у всех одно: маляр, да и баста, а кто дело
разберет, так маляр маляру рознь — кто до чего дошел.